Село Псху через перевал Анчхо

В СЕЛО ПСХУ ЧЕРЕЗ ПЕРЕВАЛ АНЧХО
7000 р.

Псху — самое труднодоступное село Абхазии, наиболее удаленное от морского побережья и крупных городов, редко посещаемое туристами и путешественниками. Село расположено в одноимённой долине между Главным Кавказским и Бзыбским хребтами, на высоте 760 м над уровнем моря, на левом берегу реки Бавю, недалеко от её впадения в реку Бзыбь. Имеется аэродром с травяным покрытием. Через село проходит множество пеших туристических троп. Электроэнергией обеспечивает малая гидроэлектростанция. Зимой село доступно только вертолетом. Летом основной путь из Сухума — на вертолете или самолете Ан-2. Действует грунтовая дорога через перевал Анчхо в районе источника Ауадхара (30 км от перевала вниз)
По южной окраине Псху протекает главная река Западной Абхазии – Бзыбь; через село текут правые притоки Бзыби – Битага и Бавю, а также левые притоки Бавю – Баул и Бешта (или Башта, она же Святая). Численность населения Псху – порядка 150 чел., центр села состоит из одной длинной улицы; жилыми являются несколько хуторов – Битага (у впадения одноименной речки в Бзыбь), Рикза (между устьем Бавю и горой Рикза), Серебряное (на левом берегу Бзыби), Санчара (на берегах Баула), Решевие (вверх по течению Бзыби). В северной части долины Псху, в междуречье Башты и Бавю, возвышается обрывистая гора Святая (по-абхазски Инал-Куба или Псху-ныха) – одна из семи священных гор Абхазии.
Население Псху (с начала 20 века преимущественно русское) живет натуральным хозяйством – у большинства людей есть большие пасеки как в самом селе, так и на альпийских лугах; мужчины летом пасут в высокогорье крупный рогатый скот; вокруг Псху расположены очень богатые охотничьи угодья, в Бзыби и ее притоках во множестве водится рыба, в т.ч. форель. Производимый в Псху горный мед считается лучшим в Абхазии.
Дорога на Псху открывается от снега в начале июня и становится возможным добраться в село на вездеходе. С ранним выездом дорога в Псху займет почти целый день. По дороге можно побывать на озере Рица, полюбоваться видами перевала Анчхо. Прибыв в село можно остановиться у местных жителей, которые всегда готовы снабдить гостей натуральными молочными продуктами, медом, дичью и форелью. Из села Псху, котрое расположено на пересечении множества горных путей, возможна масса интереснейших горных маршрутов… Пожалуй одним из самых загадочных путь на уникальный источник Черная вода, путь на Чедым, Ацгару. В рамках 4-х дневного проекта возможны несколько радиальных выходов в зону альпики г. Лакырдзы и местным достопримечательностям — горе Святой, Пещере монаха. В первый день забрасываемся до перевала Чамашха и далее пешком поднимаемся в альпийские зоны перевалов Аллаштраху и Санчара. Также с Чамашхи возможно подняться на перевал Лаба ГКХ. Второй день начинается стартом из хутора Ригза по реке Ришевье, мимо водопадов и дольменов с последующим подъемом на гору Бзышка, (Серебряная), откуда открывается потрясающий вид на гору Ахибаху, (Шапка Владетеля), называемую так же Абхазским Кайласом.
Протяженность маршрута – 130 км от КПП Псоу до села Псху на внедорожнике. Радиальные маршруты в альпийские зоны могут быть как конными, таки пешими, с подброской джипом.

« 1 из 2 »

Из»Путеводителя» Эдуарда Чернопятова:

Псху (30 км, 1 день, дорога)
Дорога выше Рицы служит для проезда к источнику Ауадхара и в село Псху. До поворота к перевалу Чха перед пансионатом Ауадхара от Рицы 13 км. Развилка будет перед мостом через Лашипсы. Дорога ведёт через сказочный лес с поросшими мхом огромными валунами, слева обширный луг с балаганами, справа шумит поток, берущий начало под перевалом Чха. После левого поворота дорога долго идёт траверсом над долиной Лашипсы, где прекрасно видны как бы игрушечные домики пансионата. Справа по ходу хорошо узнается ответвление срезающей путь тропы к перевалу . До середины 60-х гг. прошлого века ходили именно здесь, пока геологи не пробили эту грунтовку. Наша дорога делает несколько широких серпантинов, впереди по ходу открылся скальный массив Анчха, позади вырастают вершины Кавказского заповедника и громада Агепсты. Через 1,5 часа подъёма выходим в урочище Пыв. Здесь лес заканчивается.
Влево отходит дорога к балаганам. Наша ведёт прямо, к хорошо видному отсюда гребню хребта Анчха. Туда 1,5 км. На перевальной седловине (2030 м,6 км) установлен памятник защитникам Кавказа, перед ним на самом гребне временное кафе, не доходя до него 30 м вправо отходит набитая тропа к перевалу Чха-2 и далее на хутор Ригдза . Вид с Чха один из самых замечательных в доступных всем желающим горах Абхазии. Недаром сюда так часты экскурсии. Глубоко внизу лежит трог долины Агурипсты, хорошо видна лесистая пирамида Святой горы. Там Псху. За долиной Бзыби стена Бзыбского хребта. В левой части панорамы торчат зубья Чадыма, а ещё левее вершины Хымса и Капышистра. Слева от нашего перевала возвышается Каменистая гора, за которой залегли Агурские озёра, именуемые в среде отдыхающих Семью озёрами, хоть их несколько больше. За Каменистой выступает гребень ГКХ района Дамхурца, видно его продолжение на восток, где выделяются вершины Санчарского узла с доминирующей пирамидой Грыбзы (3002 м). Вдали белеют снегами и льдом архызские вершины. Если посмотреть на пройденный путь, то главной деталью панорамы будет Ацетука с Агеп-стой. Правее последней просматривается грозный Чугуш, затем Псеашхо, ещё правее ровный гребень ГКХ района Аишх, далее вершина с причудливыми ушками на макушке — Лоюб, правее его снежно-ледовый массив Цындышхи — высшей точки Краснодарского края. В правой части этой панорамы вершины Кардывачского узла и Аджара.
Дорога ныряет левым бортом долины Агурипсты длинным траверсом вниз. Есть срезающая серпантины тропа, о ней нужно спросить у работников кафе. За час спуск приводит к первому броду через небольшой ручей, который после дождей может быть проблемой. Всего же до Псху 9 бродов. За ручьём, справа от дороги балаган на фоне высокого водопада, берущего начало из озера Чха . Дальше дорога идёт почти без потери высоты правым бортом долины. В одном месте, где видны следы селя, дорога усилена поперечными стволами. Иногда, после сильных дождей её в этом месте размывает. Через 1,5 часа от первого брода следующий. Здесь правый приток основной реки полноводнее. После него спуск становится крутым. Ещё через час выходим к сильному потоку. После дождей сюда лучше не входить. Левый берег постоянно размывают сели, не каждый водитель сможет здесь проехать. Ещё 2 брода. И, наконец, ключевой момент маршрута — брод через основной поток Агурипсты. А перед бродом вниз по правому берегу уходит тропка к минеральному источнику Агурипста . Когда-то здесь был мост. Теперь машины с трудом перебираются на левый берег. Для переправы после дождей нужно подняться выше по течению и найти там упавшие стволы. Место опасное. 4 мая 2013 года здесь погибли двое туристов. Вообще, май — не лучшее время для этого маршрута.
Немного выше места брода в Агурипсту впадает её левый приток Агурыбза. Вход в эту долину её левым берегом. Здесь начинается маршрут к магистральной тропе, ведущей верхами в Ауадхару . До центра Псху остаётся 11 км. Дальше дорога приобретает парковый вид. Огромные буки, дубы, каштан. Больше нет явных перепадов высот. В непогоду может быть проблема при бродах через левые притоки Агурипсты — Бигдази и Ахитару. Через 4 км от последнего агурипстинского брода слева от дороги забелеют домики. Это хутор Агурипста. Встречаются заброшенные сады, много ежевики. Слева открылась скальная стена Святой горы. Там располагается древнее святилище Инал-Куба. Много легенд и историй Вам расскажут жители Псху об этом месте.
Прежде чем дорога повернет в долину реки Ахей — посреди ровной зелёной поляны у подножья Святой горы путь проходит мимо замечательного места, связанного с языческими верованиями абхазов. Чуть ниже дорожного полотна из-под земли бьёт несколько холодных родников. Комплекс святилища Инал-Куба, к сожалению, разрезанный дорогой, походит на живописное нагромождение среди леса крупных каменных глыб. Если продраться через заросли кустарника ближе к г.Святой, окажешься ещё у одной группы родников.
Среди лабиринта скальных обломков из таинственных глубин выливаются живые прозрачные струи. Слышится их серебряное журчание.
Рядом с дорогой у святого источника сооружен небольшой пруд, где принимают ванны жаждущие исцеления. Через 3 км от хутора КПП погранзаставы. Здесь проверяют документы. Мы в пограничной зоне. За заставой раз-вилка. Влево отходит дорога на хутор Санчара, прямо, по мосту через Ахей (26-й км) наша. До центра села остаёт-ся 4 км.
На окраине села минуем всегда чистую речку Малый Ахей. Её берега манят стать на привал. Надо помнить, что эта речка снабжает селение питьевой водой. Конечно, купаться и стирать в ней недопустимо.
Входим в само селение и идём вдоль по его единственной улице. В центре села есть школа, магазин, гостиница. Недавно открылась новая красивая церковь. Среди усадеб зелёное поле аэродрома. Сюда иногда прилетает небольшой самолёт или вертолёты.
Сходящиеся к центру села долины в прошлом были густо заселёны. В них привольно раскинулись хутора Агурипста, Санчара, Битага, Ригдза, Серебраный, Решава, где по одному-двум домам, где по нескольку усадеб. Сады, кукуруза, виноград… Хутора, как и сам центр Псху живут на отвоеванных у леса полянах. Это хорошо видно с окрестных гор или когда летишь самолётом. Словно напоминание об особой неприступности Псху, над котловиной возносятся к небу отвесные стены горы Серебряной, седые доломитовые скалы после дождя смотрятся гигантскими слитками серебра, на них можно вглядываться часами — всё меняется. То облако отойдет к откроется новая щель в скалах, то солнце, зайдя с другой стороны, высветит дополнительные детали.

Своеобразно селение Псху даже по меркам Абхазии. Обширную, в диаметре около 20 км, чашу сплошным кольцом окружают высокие горы. Попасть сюда можно только через перевалы, как со стороны моря, так и со стороны Северного Кавказа. С распадом СССР последний вариант стал недоступен из-за образовавшейся государственной границы. Там, где кольцо прорвано Бзыбью, непроходимый каньон. Попасть в Псху можно и над каньоном, но дорогу нужно знать. Поразительна углубленность котловины, отметка впадения Бавю в Бзыбь 500 м, само село находится на высоте 65О м над уровнем моря. Соседние долины Ауадхара и Грыбза почти на 1 км выше. Причиной тому более мягкие слагающие породы, позволившие глубже врезаться местным речкам и ледникам. В периоды древних оледенений (выше 1400 м следы ледников встречаются повсеместно) дно котловины занимало обширное озеро, его накопления видны в разрезах речек Ахей и Бавю.
Обилие солнца, воды, доступ тёплых влажных масс воздуха с Чёрного моря по Бзыбскому ущелью — главные условия, которые создают в Псху благоприятный микроклимат. Склоны сплошь покрывают могучие горные леса. Основные породы бук, граб, каштан, дуб, клён. Среди них много гигантов. Верхние этажи лесной зоны занимают пихтарники с примесью ели, внизу по ущельям встречается заросли самшита, лавровишни и понтийского рододендрона. Встречаются груши, яблони, алыча, черешня, кизил, много кавказской черники, малины, ежевики. На усадьбах псхинцев хорошие урожаи даёт кукуруза, фасоль, помидоры, вызревает виноград.
Псху отличается многоснежной зимой. Она здесь не долгая, не холодная (температура редко опускается ниже -15°С) а вот снежный покров достигает нескольких метров, что доставляет много хлопот жителям. Налипший снег ломает слабые ветки, валит деревья и даже постройки, если не успели очистить крышу.
Псхинцы занимаются пчеловодством, пасут скот. Село по многу дней, особенно зимой (когда не могут пробиться ни вертолёт, ни самолёт) оказывается отрезанным от цивилизации. В нелёгкой жизни среди буйной природы, привыкшие полагаться только на себя, псхинцы большие патриоты своего края.
О прошлом
У Псху глубокая и драматическая история, сохранилось множество памятников, свидетельствующих о полнокровной жизни в изолированной котловине с каменного века. К сожалению, её история пока не написана, систематических археологических раскопок ещё не проводилось. Но и отдельные крупицы говорят о глубине и значительности происходящего здесь.
Благодатная земля была заселёна ещё в период палеолита, что показало обследование Медвежьей пещеры на склоне горы Бырзышки. Более наглядны свидетельства из бронзового века (3 тысячи лет до н.э.). Это сохранившиеся в нескольких долинах (Агурипста, Решава, Бзыбь) дольмены, которые могли быть возведены многочисленными сильными и умелыми племенами.
Через Псху в средневековье проходила ветвь Великого Шёлкового пути. Она шла с Санчарского перевала и уводила к Побережью через Доу.
Письменные источники начала XIX в. указывают, что в среднем течении Бзыби за труднодоступными и хорошо охраняемыми перевалами живет свободолюбивое, никому не подвластное племя абхазов. Псхувцы вели торговый обмен с соседними абхазскими общинами, убыхами и северо-кавказцами. Случались и набеги рада добычи скота и пленников, которые высоко ценились на рынке. О силе псхувцев говорит и тот факт, что их отряд в 1820 г, спустившись к морю, осаждал дворец владетеля Абхазии в Лыхнах.
Псхувцы числятся среди тех, кто пришел на помощь (1840 год) восставшим жителям верховий Кодора, недовольным усилением российской военной власти в Цебельде. К 1840 г. на Псху было около 500 дворов. Лишь к этому времени общество Псху, при содействии князя Михаила Чачба, присягнула на верность русскому императору. Но и после этого долина оставалась прибежищем недовольных и разного рода преступников. Прибивались туда и беглые, оказавшиеся в неладах с властями, в том числе и русские солдаты.
В 1843 г. экспедиция во главе с Михаилом Шервашидзе заставила псхувцев принять условия покорности: «В Псху не должны проживать недоброжелательные царизму люди, и все беглые русские и абхазцы должны быть выданы и впредь выдаваемы». В 1859 г. в Псху поднимается отряд русских и абхазов под командованием генерал-майора М.Т. Лорис-Меликова и путём переговоров усмиряет непокорных. В следующем 1860 г. волнения вспыхнули с новой силой в связи с попыткой проложить дорогу в Псху.
И потом, почти три десятилетия Псху остаётся недоступным русским войскам, обретя славу гнезда непокорных горцев. Что касается родовых имён автохтонного населения, то об этом история умалчивает. Только в одной из легенд упоминается, что братья, вышедшие из Псху и поселившиеся в Ачандаре, были из знатного рода Авидзба. Ныне представители этой фамилии действительно живут в долине Аапсты, но вышли ли они из Псху? Будем верить легенде, что «да». Дыма без огня не бывает.
Драматическое завершение многовековой истории этого племени абхазов приходится на 1864 год — год окончательного покорения Кавказа, После разгрома убыхов (Сочи, Адлер) а затем и аибговцев, карательные отряды в начале мая двинулись на Псху: через перевал Санчара, и через Доу, на который солдаты предварительно прорубили дорогу, неся при этом большие потери от пуль горцев, скрытых лесом. Противостоять обученной, вооруженной горной артиллерией армии горцы не могли. Оставшиеся в живых вынуждены были в 1867 г. отправиться в изгнание — большая часть из 500 семейств в Турцию, 107 семейств на Северный Кавказ в долину Большого Зеленчука.
Свидетельствует Анчабадзе «Ужасно было видеть, с какой нежностью жители Псху прощались со своей родиной. С утра до вечера были слышны душераздирающий плач женщин и детей, их крик, грустные песни. Вечерами по старым обычаям приносили жертвы, резали овец, кур, готовили на дорогу бастурму, сыр, в бурдюки наливали вино. Прощальные обеды и поминки по умершим продолжались неделями. Со всех краев приходили гости и друзья, чтобы попрощаться с выселенными… Грустные седые старики с неспокойными лицами бродили среди могил предков, прощались с ними навсегда, оставляя землю отцов и дедов… Строгие всадники, которые не желали продавать своих любимых коней, неоднократно спасавших хозяев от смертельной опасности, выводили их к лесу и выстрелом под ухо убивали…Перед уходом абхазы поджигала дома.
Скорбный караван уходил через перевал Доу, навстречу горестной судьбе махаджирства».
Планы новых властей построить доступную для войск очередную дорогу, наряду с Военно-Грузинской и ненадёжной Военно-Сухумской, доступную для продвижения войск что, несомненно, усиливало бы позиции России на Черноморском побережье,- через перевалы Санчара и Доу, не удались. Разрушенные селения в долине Псху стали зарастать лесом. Только в центре ещё тлела жизнь, то нёс охранную службу военный гарнизон с назначением не допускать заселёния горцами Псху. Связь с Сухумом через перевал Доу была тяжёлой и чрезвычайно редкой. Солдаты болели малярией, страдали от изолированности и непривычной природы. К началу века гарнизон упразднили, долина на несколько лет обезлюдила вовсе. На картах этого периода помечено, рядом с нынешним аэродромом — «развалины Дмитриевского», значит, так назывался пост. Здесь поселилось 17 греческих семей, которые прожили в Дмитриевском до русско-турецкой войны 1877-1878 гг. А 4-й линейный Кавказский батальон простоял на Псху до 1874 г.
Первый поселенец из России появился здесь, видимо, в 1904 году, по рассказам старожилов и свидетельству Альфреда Куреллы, это был беглец от правосудия Антон Жилинский, ему показали эти места сухумские охотники. А с 1906 года, в связи с призывом правительства П.А. Столыпина осваивать труднодоступные, но богатые земли, сюда переселилось ещё несколько семей из Воронежской и Чернигорвской губерний. Первыми в результате аграрной реформы в центре Псху обустроились И. Вороной и А. Лобковский – определённый быть стражником. Рассказывают, что первый поселенец из России Жилинский требовал вновь прибывших год работать на себя, но эти сведения нельзя считать достоверными.
Затем в селе появляются семьи Калашниковых, Новиковых и др. Переселенцы получили подъёмные, в том числе лошадей и оружие. В 1911 г. сухумский епископ Андрей (в миру князь Александр Алексеевич Ухтомский) посетил Псху и основал здесь монашество. Пусть немногочисленное, но это были ростки будущего. К 1912 году на Псху уже числилось 65 дворов. Конечно, выбирали удобные поляны и сады, оставшиеся от старых абхазских дворов. Селились вольготно, здесь было всё, о чём мог мечтать крестьянин и добытчик — плодородные земли, урожайные сады, чистые речки, на которых чуть ли ни на каждом хуторе сооружали мельнички, кругом лес с любой древесиной и обилием зверья. Главное, жизнь была здесь пусть трудная и опасная, но свободная, без привычного на Руси гнета властьимущих.
Так получилось, что вновь эта земля растила умелых и свободолюбивых. Интересным оказался опыт самоуправления общины.
В трудное время становления Советской власти на Кавказе на Псху накатились две волны беженцев. Первая (1920 г,) — немногочисленная часть разгромленной на Северном Кавказе дивизии генерал-лейтенанта Фостикова. Деникинцы перевалили Главный Кавказский хребет через Санчарскую группу перевалов и, избежав кровопролития, сумели договориться с местными жителями о поселении в этом благодатном краю. Несколько позже псхинцы и вновь поселившиеся в селе бывшие белогвардейцы отбили нашествие многочисленной банды зелёных. О бое с бандитами рассказывал участник этих событий Степан Калашников, которому тогда было 18 лет. Ему довелось служить проводником советским бойцам в 1942 году, а умер он на рубеже веков, прожив почти 100 лет. Вторая волна беженцев – около 200 монахов из закрытых в 1923 году Ново-Афонского, Каманского и Драндского монастырей. Монахи селились отдельно на уединённых полянах, строили нехитрые хижины, церквушки, приспосабливали под кельи пещеры, завели огороды, пасеки. Призывали «идти к Богу», впрочем, псхинцы были набожны изначально, обстановка способствовала этому.
В начале прошлого века в среде духовенства распространилось учение имяславцев. Мы не будем здесь давать оценку и рассуждать об этом явлении в силу слабой компетенции, это дело богословов и отцов Церкви. Но мы все же приведём слова Федота Ивановича Сазонова: «… У имяславцев, как бы по закону Божьему, к советской власти близко подходить нельзя. Деньги советские брать нельзя — это, значится, знак антихриста. В киперации ничего покупать нельзя, потому что там тоже антихристы… Как разговор, так они супротив власти, да супротив власти, да на коммунистов, да на Ленина. Это, говорят, первейший антихрист». Но эта оценка относится уже к годам советской власти. А в начале ХХ века имяславие было осуждено церковью, сами же сторонники течения были высланы с Афона в Одессу, откуда расселились по Югу России.
Псху после 1923 г. становится центром имяславства. В 1930 г. здесь было уже 100 монахов, 12 священников, 8 молитвенных домов. В результате просветительной деятельности монахов на Псху в 1930 г. не было ни одного комсомольца или коммуниста. К этому же времени относится и третья волна переселенцев. В 1928-1930 гг. на Псху прибыло 214 человек, которые бежали от коллективизации и массовых репрессий.
Весной 1930 года в Псху вошел отряд красноармейцев и милиции. Их сопровождал журналист И. Половнёв, который спустя год написал интересную книгу «Страна Псху». Были прочёсаны все долины, монахи арестованы. Их кнутами гнали через перевалы. Первая волна репрессированных составляла около 100 человек. Часть жителей Псху признали кулаками и тоже выселили. А в 1931 г. было возбуждено уголовное дело о «монархической повстанческой организации, действовавшей в 1927-1930 годах в долине Псху и на озере Рица». 8 октября коллегия ОГПУ приговорила часть арестованных к расстрелу. Приговор был приведён в исполнение 26 октября 1931 г. в Новороссийске, остальные осуждённые приговорены к различным срокам тюремного заключения.
Тем же летом на Псху пришла первая группа туристов из Москвы. Отчет её руководителя Е.Е. Холодовского (впоследствии известного исследователя туристских маршрутов Кавказа) сообщает некоторые черты жизни того времени: «Благодаря отрезанности в Псху сильно развились ремесла – кузнечное, кожевенное, столярное, токарное, прядильное, ткацкое, сукновальное). Среди псхинцев встречаются очень искусные резчики по дереву: вся мебель – столы, буфеты, кровати – сделана на месте, часто замечательно красиво, с инкрустациями и украшениями из разных пород деревьев. Домашняя утварь – солонки, тарелки, ложки, корыта, бочки, шкатулки – тоже самодельная. Кооператив в Псху снабжён относительно хорошо».
И этот этап мирной жизни оказался недолговечным. Пришла Великая Отечественная война. Посланцы села, как и все, бились на фронте, а в 1942 г., когда вал войны докатился до Кавказа, псхинцам довелось испытать её тяготы. 28 августа, не встретив на перевале Санчаро серьёзного сопротивления со стороны отступающих разрозненных отрядов, немцы вошли в село. На аэродроме стали приземляться вражеские самолёты, возникла реальная угроза прорыва к морю. Для ликвидации прорыва специальным решением Ставки была создана Санчарская группа войск. Наступление велось главным образом через перевал Доу. По двум направлениям: к центру села и через Цыбишху и далее к перевалу Чамашха на гребень Главного Кавказского хребта. После ожесточённых двухнедельных боёв немцы 9 сентября оставили село, отступив на высоты перевалов Санчара, Аллаштраху и Адзапш. «Окружить и полностью уничтожить противника», как это формулировалось в приказе по группе войск, не удалось, так как отряд 1-го Тбилисского пехотного училища не сумел перерезать пути его отхода, продвигаясь со стороны перевала Анчха (Чха).
Гитлеровцы разгромили, разграбили село, оставив практически без продовольствия его жителей накануне зимы. Трудно было налаживать жизнь, выхаживать детей. Недобрую память у псхинцев своими необоснованными репрессивными действиями оставил и истребительный отряд из местных жителей и сотрудников Сухумского НКВД, его недолгая уничтожительная деятельность была с опозданием ограничена властями.
При освобождении Псху погибло много бойцов и местных жителей. Памятником им — жизнь села, братская могила в его центре, обозначенные и заросшие могилы по окрестностям, на подходах к перевалам. 9 сентября — устоявшийся праздник освобождения Псху, в этот день в селе бывает много гостей.
После войны село быстро набирало силы, выросло число жителей, хутора продвинулись вверх по долинам Бзыби, Битаги, Решавы. Но в середине 50-х годов вышло печально известное на Кавказе постановленне о переселении жителей высокогорных («не перспективных») селений на равнину. Большая часть псхинцев была расселена по Абхазии, например, в Очамчирском районе, но некоторые семьи отказались покинуть долину. Борьба, продолжавшаяся около года (были закрыты школа, магазин, поликлиника) окончилась победой патриотов Псху. Село, хоть и сильно растрёпанное, удалось сохранить.
Последующие три десятка лет были для Псху временем расцвета. В интернациональном селении успешно работала бригада колхоза с центром в селении Ачадара. Основу хозяйства составляло пчеловодство, мёд Псху известен и ценим далеко за пределами Абхазии. Развивалось и скотоводство, на Псху скрещиваются пастушеские дороги с перевалов Чха, Доу, Гудаутского, Лашипсы.
Через Псху пошёл поток туристов, завершающих свои маршруты на Северном Кавказе и спешащих через село к морю. Особенно интенсивно туристы пересекали Псху на майские праздники.
Развал СССР и особенно Отечественная война 1992-1993 гг. нанесли селу страшный урон. Опустели усадьбы, многие деятельные и талантливые жители уехали в города, преимущественно российские. Прекратились авиарейсы, пришла в упадок дорога через Ауадхару. Отрезанность Псху от остальной Абхазии усиливалась блокадой Республики в трудные годы последнего десятилетия прошлого века. Но отрезанность от остального мира Псху привлекало сюда паломников, монахов, отшельников. Обратило внимание к селу и православное духовен-ство. В селе заложили новую церковь, сюда часто наведываются даже церковные иерархи. Несомненно, Псху ждет расцвет в качестве православного центра. Этому способствует традиционное православное самосознание местных жителей. Привлекает Псху и отдыхающих. Участились поездки в чудесную долину любопытных и изможденных солнцем гостей Абхазии. Но, к сожалению, поток неорганизованных любителей, простите за термин, «уазинга», приводит к захламлению долины мусором. Водители УАЗов и доморощенные гиды не только не запрещают своим подопечным бросать мусор где попало, вместо того, чтобы увезти его на побережье и выбросить в контейнеры, которых в Абхазии вдоль дорог множество, но и сами выбрасывают бутылки, баклажки и полиэтиленовый мусор прямо на ходу своих автомобилей.
Исключительной ценности медоносы, целебный микроклимат, экологическая чистота, заповедная природа, интересное и малоизученное историческое прошлое, широкие возможности для туризма подсказывают пути развития Псху: при ограниченной хозяйственной деятельности в долине, расширение пчеловодства, возобновление ремёсел, Псху должно стать центром туризма и природного заповедника, включающего Бзыбское ущелье с его уникальными каньонами.
Из истории исследования Псху
Первыми, кто открыл мир Псху для гостей и туристов, были сами туристы. Всех, кто оставил интересные записки и отчеты, не упомнить. Но о некоторых мы можем вкратце рассказать.
Е.Е. Холодовский, известный в туристских и краеведческих кругах как активный исследователь Архыза, один из лидеров туристов Московского Дома учёных, в 1930 г. прошёл первым из организованных путешественников из Архыза на Псху через Санчаро. Он познакомился с самобытным образом жизни псхинцев, описал окрестности селения и прошёл над каньонами Бзыби по охотничьим тропам правого борта долины. Именно ему принадлежит честь открытия для туристов Каменного Моста, он описал и сфотографировал Каменный Балаган, который обнаружил оборудованным для загона коз. Впоследствии там жил монах.
Альфред Курелла, немецкий коммунист, который в 1919 г. перелетел с риском для жизни через фронты Гражданской войны в Москву и был принят Лениным. После прихода к власти Гитлера Курелла эмигрировал в СССР, был председателем Коминтерна, затем ушёл жить на Псху, понимая, что сталинский режим стал опасным для него. На Псху Курелла много ходил по окрестным горам, оставил довольно интересные записки. После 1949 г. стал членом Правительства ГДР, но до конца жизни приезжал в полюбившиеся места. И ныне потомки Куреллы часто приезжают на Псху.
Николай Денисович Бондарев, московский физик-ядерщик, последние годы занимающий должность Директора института ядерной физики им. Курчатова по вопросам ядерной безопасности, возглавлял после гибели Евгения Миронова в 1963 г. секцию горного туризма МИФИ. С конца 60-х гг. его походы в межсезонье проходили через Псху. Бондарев полюбил эту землю и много сделал для её исследования. Им пройдено множество перевалов, вершин, ущелий. Результаты этих исследований были опубликованы в двух изданиях путеводителя «Западный Кавказ» и редкой сегодня книги «В горах Абхазии». Данный путеводитель – заключительный вклад Николая Денисовича в дело популяризации Абхазии. Он всегда был желанным гостем в Абхазии и на Псху в частности. В ноябре 2009 г. Бондарев ушёл из жизни.
С возвращением Псху статуса туристского центра появились и надежды на то, что молодые поколения путешественников продолжат начатое благородное дело изучения достопримечательностей села. И в этот сказочный затерянный мир будут приходить и приезжать ценители прекрасного, после которых не будет оставаться следов их присутствия, а Псху сохранит свою первозданность

Хутор Ригдза-перевал Лакырдзызтоу – пастбища Лакырдзыз ( тропа, 1 день).
Если от центра Псху смотреть на запад, по Бзыби вниз, то обращает на себя внимание луговая вершина со скальной стеной к Бзыби, на её плече видна живописная группа одиноких стройных пихт. Там располагаются пастбища. К этой вершине и пойдёт наш маршрут. Ригдза — выселки Псху, к этому хутору нет дороги, попасть к нему можно по тропе или вертолётом. Десяток усадеб занимают череду террас, выработанных многими поколениями людей на покатом склоне ущелья. Эти островки человеческой жизни со всех сторон обступает лес, поглощающий всё, от чего отступается человек. Сегодня хутор переживает не лучше свои дни, число жителей, начиная от пятидесятых годов неуклонно падает, из шестидесяти дворов осталось четыре. Кто потянулся к городской жизни, кто перебирался в центр Псху. А жаль. Это одно из самых красивейших и привольных мест на всей Бзыби.
От центра села хутор отрезан быстрой и полноводной речкой Бавю, весьма трудной для переправы. Хуторяне устраивают надёжный мост из бревен, приемлемый и для навьюченной лошади. Но время от времени своенравная река сносит мост, правда, его скоро восстанавливают, поскольку надо ходить в школу и магазин. Через Ригдзу проходят две дальние тропы: на пастбища Лакырдзыз и к Пшице. За мостом хорошо выбитая тропа мягкими зигзагами, почти незаметно набирает 100-метровую высоту. Из тенистого грабового леса выводит на первую, самую обширную поляну Ригдзы (4-й км от центра, 590 м). Залитая солнцем, с домиками на дальней опушке леса, белеющими сквозь частокол кукурузы и фруктовыми деревьями с могучими раскидистыми орехами и старыми грушами, которые растут, не мешая друг другу, с ровными ласковыми лужайками, усыпанными (в зависимости от времени) то жёлтыми лютиками, то бело-розовыми маргаритками, Вся эта поляна сразу располагает к себе и одаривает ощущением умиротворения и душевного покоя. Тихо. Сквозь лес из глубины едва доносится шум, то ли Бавю, то ли Бзыби. Впрочем, если не глядеть на карту, то о существовании Бзыби, находясь здесь, можно и не догадаться.
На противоположной стороне такая же терраса, кажется, оба леса сошлись, и нет места реке, тем более крупной. Противоположный край ущелья составляет насыщенная, словно полотно живописца красками и деталями, отвесная стена Бзыбского хребта. Подножье сплошь увито зеленью широколистных лесов. Живой покров из густых сомкнувшихся крон мягко повторяет неровности всего его постамента: возвышения, покатости, ложбины. Проступают лишь плоскости отвесных скал, вертикальная тёмная щель указывает каньон Серебряного ручья, пробившегося через каменную толщу и скрывшегося в ней. Выше светлыми слитками громоздятся к небу гладкие, островерхие утёсы — почти 2000 м (по высоте) перед глазами. Трудно представить себе, что протяжённость отвесов составляла не одну сотню метров, но сравним с пихтами, кажущимися отсюда спичками, их высота 30-40 м. Насыщенная картина неохватна, как полотно Н. Рериха. Возле неё можно находиться часами. Всё меняется, всё полно значения и глубокого, порой тайного смысла.
Такие места не забываются, вызванные из памяти видения среди серого зимнего дня городской сутолоки, вызовут в душе прилив чего-то светлого и грусть: не потерялось ли на твоем пути что-то главное.
Если Вы вышли не на однодневный, как это описано, маршрут, а идёте в сторону Анчха к перевалам Чха-2 или Дидгал, то следует иметь в виду, что одна из особенностей пути к перевалу Лакырдзызтоу в том, что почти до самого верха не будет удобных мест для палаток, ночлег надо будет устраивать уже на альпийских лугах, где понадобятся горелки.
Чудесная поляна оканчивается лесом и оврагом с говорливым ручьём. Тропа выбирается из оврага и тут раздваивается. Наша верхняя. В стороне остаются усадьбы и новые виды на отроги Дзышры.
Дальше непроглядный лес. Замечаем, что тропа вьётся по вырубленному в склоне полотну дороги, наверное, когда-то соединявшей аулы. Неуклонно набираем высоту, огибая отроги и ложбины водораздельного хребта. За осыпью известняковых обломков тропа становится круче и берёт направление по широкой лощине на гребень. Наконец, вершина /8-й км, 1320 м/ После долгого «тягуна» приятно остудиться ветром из соседней долины Элашхуп.
Дальше подъём полегче. Склон очень крут, но тропа врезана добротно. С неё сходить особенно некуда. Кругом, как говорится, безраздельная власть леса, настоящего горного девственного леса с пихтами и буками, напоминающими скорее каменные колонны, с глубокими оврагами, поросшими сплошь лопухами и папоротниками в рост человека, с рухнувшими стволами, перевитыми непролазной ежевикой. Река Элашхуп где-то совсем глубоко. Высокоствольный лес позволяет увидеть весь набор его проявлений. Потом оказывается за спиной, а впереди чередование полос высокотравья и криволесья. Склоны вершины Лакырдзызтоу, а мы под неё вышли, представляют собой идеальный лавиносборник. Снежные лавины всю зиму регулярно сходят по скользкой наклонной поверхности, не давая подняться, вырасти крупному лесу. К тому же долго тающие снежники. После них может быстро подняться только трава. На этом склоне, насыщенном влагой, сложились исключительно благоприятные условия для высокотравья. Здесь поистине лес. Зонтичные, девясил скрывают всадника с головой. Нужно оберегать кожу от соприкосновения с борщевиком, его сок вызывает болезненные, долго не заживающие ожоги. 11-м км — Холодный родник, выплескивающий прозрачную ледяную струйку на тропу. Отрада путнику в жаркую погоду. До перевала остаётся один переход и седловина перевала уже видна, путь не вызывает сомнений — по лощине вдоль границы букового леса, мимо стоянки пастухов. С альпийских лугов открываются прекрасные виды на ущелье Элашхуп и Санчарские вершины. Рядом с пастухами найдётся место для палаток. Родник поблизости в овражке.
С перевала /13-й км, 2050 м/ становятся обозримыми верховья Пшицы, горы Ахибах, Анчха и путь к перевалу Дидгал. Слева над перевалом возвышается вершина Лакырдзызтоу. Её круто падающий травянистый склон наискосок пересекает пастушеская тропа. Воспользуемся ею и через полчаса станем зрителями круговой панорамы. Необычно ощущение самой вершины. Известна её высота — 2140 м, но где эта точка, на протяженном (около I км), слегка волнистом гребне, выявить трудно. Зато легко перемещаться в пространстве на высоте более 2000 м и разглядывать, что делается в диапазоне от 500 до 2600 м над уровнем моря и до 20-30 км по кругу. Ощущение полёта на вытянутом и покрытом поверху цветами аэростате.
Парим над мирами долин и лесов, среди взлётов каменной тверди и пропастей. Слоями струятся облака. Дымка дали даёт ощущение плотности воздуха. Всё исполнено по неторопливым законам жизни гор. Совсем рядом, кажется, стоит сложное сооружение из плоскостей, ребер и пиков, со словно срезанной вершиной — гора Серебряная. Отсюда лучший обзор всего ущелья речки Серебряной.
Экскурсия получится насыщенней, если пройти по хребту на восток, где он начинает снижаться к границе хвойного леса. Оттуда, с края отвеса километровой высоты откроется вид Бзыби, усадьбы и пасеки Ригдзы и Серебряного хутора. Захватывает дух от близости пропасти. Заглянуть в неё можно только при надёжной веревочной страховке. Полоска растительности на гребне отличается разнообразием — этакая поднебесная ботаническая оранжерея. От обилия разных цветов пестрит в глазах, Девясилы, акониты, водосборы, колокольчики, различные ромашки и многое другое. Эта экскурсия представляет богатые возможности для фотолюбителей. На обратном пути на скате к Бзыби замечаем добротный балаган меж старых пихт. Тропа была к нему.
Перечень экскурсий можно значительно расширить, используя следующий раздел с описанием дальних маршрутов и советы местных жителей.